ТОП:
В логове черных трансплантологов: «Я смотрел, как труп режут пилой»

Книга сербского писателя Саши Миливоева «Мальчик из Желтого дома» — это воспоминания ребенка, которому удалось бежать из больницы, где «черные трансплантологи» изымали органы у своих жертв. В интервью «Голосу России» автор романа рассказал о том, что его произведение основано на реальных событиях

«Живых людей обматывали колючей проволокой и бросали вниз с холма», — это одно из самых «мягких» воспоминаний главного героя книги «Мальчик из Желтого дома», автор которой, сербский писатель Саша Миливоев, собрал воедино лишь один из фрагментов чудовищных преступлений, совершенных албанскими террористами в Косово до и после агрессии НАТО против Югославии.

— «Мы не хотим быть разрезанными на куски»

Главный герой — 12-летний серб, похищенный средь бела дня и чуть не ставший жертвой «черных трансплантологов» в печально известном «Желтом доме» на севере Албании, где были умерщвлены не менее 300 человек, в основном — сербы. Как утверждают многие источники, их органы были проданы за рубеж, что позволило изрядно обогатиться «верхушке» террористической Армии Освобождения Косово.

«Голос России» — первое российское СМИ, публикующее фрагмент книги «Мальчик из желтого дома» на русском языке.

«Я чувствовал запах хлорки, странный запах, запах больницы, лекарств. Двери открылись, и нас ослепил яркий свет из операционной. Я видел врачей и человека на столе, у которого большими, толстыми шприцами что-то брали из тела. Я был совсем ребенком, мне было страшно, и я не знал, что происходит. Вероятно, они изымали у него костный мозг, так как и его можно трансплантировать. Лица жертвы я не видел. Мне было плохо. Я видел только, что жертва лежала в позиции кошки: колени вместе, позвоночник изогнут. Работали специалисты. «Мы должны подождать, пока они закончат», — сказал Лысый. Ему было плевать на то, что я плакал. Он мог бы меня отпустить, если бы захотел. «Я очень боюсь. Боюсь. Они меня убьют? Не убивайте! Не убивайте! — умолял я в слезах.

— Заткнись!

Я замолчал, когда он приставил пистолет к моему виску, и просто трясся от страха и холода. Мы сидели в углу и ждали, когда закончится операция. Врачи не были одеты в классические больничные халаты. У них были только резиновые перчатки и фартуки, светло-зеленого, больничного цвета. Я помню пол, на котором я молил о пощаде, окруженный шприцами, пустыми пластиковыми бутылками и марлей, пропитанной кровью. Операционный стол был огромным.

В операционной было только самое необходимое: инструменты и аппараты. Жертву, у которой брали костный мозг, дорезали, положили на каталку и вывезли из зала. Привели полуживого человека, которого я видел в тюремной камере, когда меня вели по коридору. Он был весь желтый, весь в ранах, он был как труп, только бредил. Ему дали анестезию. Они очень торопились, надевали медицинские маски на лица, готовили посуду. Жертву подключили к какому-то аппарату, вероятно, для отсасывания крови. Я стал терять сознание, я видел их как в тумане. Я слышал позвякивание льда, пока меня тошнило в углу. Я долго ждал в ознобе. Я видел, как Носатый упаковывает орган. Я ослабел, меня прошиб холодный пот.

Меня преследуют ужасные картины. Я смотрел, как режут труп пилой. Как жертву замотали в простыню, а затем в толстый полиэтилен. Усатый открыл ворота и свистнул. Пришли несколько парней, вынесли расчлененный труп. Я испугался, что меня следующего положат на стол, но я молчал, боясь Лысого, который держал пистолет наведенным на меня.

Пришли какие-то женщины, стали мыть стол, прыскать на него какими-то химикатами. Один доктор был среднего роста, средних лет и толстый. У него был выступающий живот, румяные щеки, густые черные брови и усы, и страшный взгляд. Другой был выше ростом, более худой, бледный и с огромным носом. Они разговаривали с Лысым. Здесь были медбратья и медсестры. У меня такое ощущение, что в этом проклятом доме их было человек пятьдесят, тех, кто похищал человеческие органы.

Помню одного негра и одного бородатого, моджахеда. Кто знает, из каких далеких стран прибыли эти добровольцы. Они бегали туда-сюда, входили, выходили, сменяли один другого. Делали анализ крови. Ко мне подошел Усатый и пальцем оттянул кожу под глазом, его интересовал мой глазной белок: Verdhez (алб. — желтуха — прим. авт.) — сказал он.

— У тебя желтуха, мразь ты такая! Я тебя заживо сожгу, если ты меня заразил! — кричал Лысый, тыча в меня пистолетом.

— Прошу вас, не убивайте меня!

Он ударил меня кулаком в голову, разбил мне нос, драл меня за уши. Носатый схватил его за руку и стал защищать меня: «Ведите его в больницу. Пусть его вылечат, а потом вернете сюда».

Я пытался понять, о чем они говорят. Поскольку мой организм был ослаблен из-за острого гепатита и желтухи, меня хотели сначала вылечить, а потом уже вытащить органы. Тогда- то я оставил этот проклятый дом, с бинтом на носу, унося с собой ужас смерти. От страха я чуть-чуть освободился лишь спустя девять лет и только тогда стал говорить об этом. Но мне по-прежнему больно. Очень. Говорят, что время лечит все. Время ничего не лечит. Оно разрушает. И во мне сейчас — руины, пыльные, похороненные руины«.

В интервью «Голосу России» автор романа Саша Миливоев рассказал, как создавалась книга «Мальчик из желтого дома», герою которой в итоге удалось бежать из больницы и тем самым спасти свою жизнь.

— Изучая список пропавших и похищенных в Косове, я многое узнал об ужасной судьбе жертв. В списке 1128 человек. Среди них женщины, дети, священники. От них ни осталось и следа... Материал для романа я собирал, беседуя со свидетелями, с семьями, потерявшими родных в Косово, с военными Армии Югославии и полицейскими, которые в 90-е сражались против печально известной Армии Освобождения Косово. Я изучал обвинительные заключения Прокуратуры по военным преступлениям, сравнивал их с показаниями свидетелей, говорил и с албанцами, и с оккупантами, читал полицейские рапорты — именно так мне удалось услышать множество жутких историй о пропавших и похищенных в Косово.

— Каково соотношение художественного вымысла и фактов в вашей книге?

— Автор романа всегда имеет право на вымысел, но в данной ситуации он мне был совершенно не нужен, было достаточно рассказов из жизни, настолько страшна эта действительность. Я все видел, словно на киноэкране. Не я придумал косовскую войну, и меня тоже бомбили в 1999 из-за выдуманного дела «Рачак», села, в котором якобы сербы устроили резню албанцев .

— Косово: агрессия НАТО под вымышленным предлогом

И я, анализируя события косовской войны, определил местонахождение одного из захоронений. У полиции и прокуратуры есть информация о похищенном в 1998 году автобусе, в котором были работники шахты Белачевац. По информации свидетеля, жертвы были брошены в колодец, который находится в крепости косовского города Призрен, древней столицы сербского царства.

— Международное сообщество старательно закрывает глаза на проблему «черной трансплантологии» на Балканах. Как вы считаете, с чем это связано?

— С тем фактом, что почти весь мир участвовал в бомбардировках Сербии и косовской войне. Даже филиппинские военные. НАТО бомбило сербов, а албанцы получили добро на то, чтобы изгонять и убивать наш народ, а на территории нашего края создавать криминальное государство, на деньги, полученные от кражи полезных ископаемых и изъятия органов похищенных мирных людей. Между тем ни албанцы, ни сербы никогда не освободятся от оккупации, если не будут сотрудничать.

И если проблему «черной трансплантологии» на Балканах кто-то хочет замолчать, это значит, что он или себя, или кого-то еще защищает — от суда или всемирного позора.

— В Интернете пишут, что вы — один из первых сербских журналистов, сделавших «черную трансплантологию» объектом своего пристального изучения. Почему вы решили заняться этой темой?

— Меня многое связывает с Косово: оттуда моя мама, она родилась в Приштине. Потом, есть несколько тысяч невинных жертв этой войны, которые взывают к справедливости. Роман «Мальчик из желтого дома» появился для того, чтобы показать миру, что мы не «самый геноцидный народ на свете», как нас пытаются представить. И да, меня вдохновила книга Карлы дель Понте. То, что я узнал о трагических судьбах жертв, было сильнее меня.

— Какую роль в международном расследовании торговли органами может сыграть прокуратура Сербии?

— Прокуратура Сербии должна сделать достоянием общественности информацию о тайных захоронениях, так же, как они опубликовали показания защищенного свидетеля, бывшего члена Армии освобождения Косово, о том, как у живого серба вырезали сердце. Рассказав о захоронениях, прокуратура доказала бы факт геноцида, которому подверглись сербы.

Тэги: Сербия, черные трансплантологи, Саша Миливоев

Комментарии

Националисты изуродовали фасад российского банка во Львове
Националисты изуродовали фасад российского банка во Львове
Националисты изуродовали фасад российского банка во Львове
Националисты изуродовали фасад российского банка во Львове
В Харькове на ходу загорелся троллейбус с пассажирами
В Харькове на ходу загорелся троллейбус с пассажирами
На США обрушился аномальный снежный шторм
На США обрушился аномальный снежный шторм
Во время протестов в Париже пострадал Украинский культурный центр
Во время протестов в Париже пострадал Украинский культурный центр
Для некоторых одесских ультрас поход на футбол может закончиться годами тюрьмы
Для некоторых одесских ультрас поход на футбол может закончиться годами тюрьмы
Самолет из Беларуси нарушил работу бориспольского аэропорта
Самолет из Беларуси нарушил работу бориспольского аэропорта
Хакеры опубликовали инструкцию по взлому популярной игровой приставки
Хакеры опубликовали инструкцию по взлому популярной игровой приставки
Жители Жашкова устроили обструкцию судье, подозревая его сына в жестоких преступлениях
Жители Жашкова устроили обструкцию судье, подозревая его сына в жестоких преступлениях
Порошенко и его жену «совершенно случайно» встретили в супермаркете
Порошенко и его жену «совершенно случайно» встретили в супермаркете
На одной из станций киевского метро умерла маленькая девочка с тяжелой формой ДЦП
На одной из станций киевского метро умерла маленькая девочка с тяжелой формой ДЦП
fraza.ua

Опрос

К чему приведет автокефализация украинского православия?