ТОП:
«Двенадцать стульев» и «Золотой теленок» как оружие для Сталина

С дебютным романом Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев» есть одна странность. Критики в течение года замалчивали книгу. И лишь год спустя в Литературной газете появилась статья Тарасенкова «Книга, о которой не пишут». После этого (а статья в Литературке была по сути руководящим указанием) критики наперебой принялись нахваливать роман.

Что случилось? Началось сворачивание НЭПа. И остросатирическая книга оказалась в этой связи большим агитационным подспорьем. Новая Экономическая Политика – это капитализм. Да, контролируемый государством. Но государством слабым и состоящим насквозь из дореволюционных чиновников и «бывших людей», на которых тончайшим слоем была «намазана» прослойка идейных большевиков. А капитализм в по-прежнему аграрной стране с неразвитой промышленностью может быть только периферийным со всеми его прелестями. Основное противоречие НЭПа заключалось в том, что с одной стороны разрушенное Гражданской войной хозяйство быстро восстанавливалось, но с другой – по мере восстановления и укрепления капиталистических отношений – росло и отставание СССР от Запада, закреплялась роль банановой республики, в которой вместо бананов – зерно.

НЭП – это старорежимные купцы, вроде Кислярского, которые по-прежнему сидят при капиталах в городе Старгороде. Это гласный городской думы Максим Чарушников – который замечательно устроился советским служащим. И вот эти-то совслужащие и нэпманы, уважаемые при советской власти люди, при первой же оказии бросились обсуждать, кто из них к какой дореволюционной партии принадлежал, и стали выражать надежду, что англичане не будут церемониться с большевиками.

«…надо полагать, ждать нам осталось недолго. Как все это будет происходить, нам и знать не надо. На то военные люди есть. А мы часть гражданская – представители городской интеллигенции и купечества. Нам что важно? Быть готовыми. Есть у нас что-нибудь? Центр у нас есть? Нету. Кто станет во главе города? Никого нет. А это, господа, самое главное. Англичане, господа, с большевиками, кажется, больше церемониться не будут. Это нам первый признак. Все переменится, господа, и очень быстро. Уверяю вас», – такие разговоры вели на полном серьёзе члены «Союза меча и орала».

Ильф и Петров поставили себе задачу высмеять их, показать «жалкими ничтожными» ни на что не способными людишками. На самом деле, это было не так.

«Вспоминаются и зловещие фаюнины и кокорышкины, с такой силой изображенные в леоновском "Нашествии", – жалкие и злобные последыши, которые в период фашистской оккупации зашевелились кое-где по нашим градам и весям в обликах полицаев и бургомистров. Выведенные в "Двенадцати стульях", все эти типы тогда, в 1927 году, имевшие своих многочисленных и реальных прототипов в жизни…», – пишет Константин Симонов в предисловии к изданию «Двенадцати стульев» в 1956 году.

Вся имущая и образованная часть общества состоит из «бывших» людей. Ильф и Петров очень подробно и безжалостно описывают своих коллег по цеху: редакцию газеты «Станок», в которой легко угадывается место работы авторов: газета «Гудок».

Не мене подробно описаны журналисты, работающие в поезде, везущим Остапа за корейковским миллионом. «Принцы датские» – фельетонисты и бумагомараки дореволюционного времени, взяли теперь новые псевдонимы, вроде «маховика». Что там в голове у этих «маховиков», а также Ляписа-Трубецкого и Авессалома Изнуренкова? Умение перестраиваться в любом направлении ради гонораров – это понятно. А ещё какие смрадные и постыдные тайны?

Пока беспринципные люди искусства переобуваются на лету, нэпманы пьянствуют в коммерческих ресторанах, торгуются на аукционах. А беспризорники, о которых не заботятся никакие дзержинские, живут под асфальтовыми котлами. Кстати, о беспризорниках. Одним из них, а возможно тем самым, кто просил у товарища Бендера десять копеек, был всем нам хорошо известный Глеб Жеглов. Это в кино его играет 40-летний Высоцкий, а по книге ему было 26 лет, он всего на год старше Шарапова. Жеглов родился в деревне.

«Жеглов шагал по лестнице впереди и говорил мне через плечо:

– ...Батяня мой был, конечно, мужик молоток. Настрогал он нас – пять братьев и сестер – и отправился в город за большими заработками. Правда, нас никогда не забывал – каждый раз присылал доплатное письмо. Один раз даже приехал – конфет и зубную пасту в гостинец привез, а на третий день свел со двора корову. И, чтобы следов не нашли, обул ее в опорки. Может быть, с тех пор во мне страсть к сыскному делу? А, Шарапов, как думаешь?

Я что-то такое невразумительное хмыкнул.

– Вот видишь, Шарапов, какую я тебе смешную историю рассказал... – Но голос у Жеглова был совсем невеселый, и лица его в сумраке полутемной лестницы было не видать».

В город беспризорник Жеглов сбежали с голодухи.

В деревне всем руководит кулак и сросшийся с ним партийный руководитель из числа бывших людей (читайте «Девки» Николая Кочина!). Зачем кулаку лишние рты на земле? Пусть уматывают, куда хотят. И уматывали под страхом голодной смерти. Так город наводнялся проститутками и беспризорниками, вроде Жеглова. Так что Глеб Егорыч – и есть тот беспризорник, кто клянчил у Остапа монетку или по его поручению выслеживал, куда Эллочка Щукина повезла стулья.

Но с одним нюансом. Это при НЭПе, до сталинского Великого Перелома он ночевал под котлами. А после перелома 1930-го года советская власть поймала его, насильно (наверняка ведь не раз и не два сбегал Жеглов из детдома, шустрый паренёк был Глеб), дала ему хорошее образование и возможность стать большим человеком, дорасти к 26 годам до начальника отдела по борьбе с бандитизмом.

Сталин (в отличие от Бухарина), понимал, что НЭП приведёт к полноценной реставрации капитализма. Потому-то НЭП и был свёрнут. Это было очевидно на тот момент многим. Не только Сталину, но и объединённой оппозиции (Троцкий-Каменев-Зиновьев) и эмигранту Шульгину, о визите которого в Киев и его книге «Три столицы» мы уже писали.

В конце 1920-х советская литература была переполнена описаниями того тупика, в который зашла страна. Писатели не уставали бичевать язвы разлагающегося общества. НЭП развращал и уничтожал всё на своём пути, и это видели многие. Россия нэповская болела всеми болезнями, которыми и положено болеть стране периферийного капитализма. Об этом писали буквально все писатели того времени, вспомним вроде того же Булгакова (хотя бы «Собачье сердце») или Слёзкина с его «Козлом в огороде».

Пока Кислярские и Корейко затаились и ждали своего часа, среди лояльных советской власти людей назревало разочарование. Весьма красноречиво описывал реалии того времени А.Н. Толстой в рассказе «Василий Сучков» от 1925г. В описании этого кризиса в сознании сочувствующих советской власти людей всех, пожалуй, превзошёл Артём Весёлый с его «полурассказом Босая правда». «Двенадцать стульев» Ильфа и Петрова – лишь одна из многих книг, отражавших так или иначе кризис НЭПа.

Но до 1929-го года ещё было неясно, куда склониться чаша весов. Кто победит в партийной борьбе: Сталин, желающий свернуть НЭП, или Бухарин, собирающийся НЭП продолжать. К 1929-му же году победитель в этой борьбе стал очевиден. И в 1929-м году статья в Литературке официально закрепила за книгой статус рекомендованной к прочтению.

В продолжении «Двенадцати стульев» – «Золотом телёнке» – мало общего с первой книгой. Прошло всего несколько лет, но сильно повзрослели авторы, до неузнаваемости изменился Бендер, превратившись из мелкого жулика в странствующего мудреца и философа. С НЭПом было покончено, и «Золотой телёнок» был призван зафиксировать этот конец.

Что мы видим во время угара НЭПа? Корейко и Скумбриевич уходят со сцены за кулисы. Но они никуда не делись. Они затаились, они – «враг, укрывшийся в засаде», за которым, впрочем, не проследишь. Если вдуматься, люди это страшные, руки их в крови. Когда Корейко был совлсужащим по снабжению, он начал с воровства целого эшелона с хлебом для голодающего Поволжья.

Но дальше – интереснее. Большую часть своего состояния Корейко нажил другим способом, тоже хорошо понятным сегодняшнему читателю. Ильф и Петров описывают две схемы. Во-первых, получение госфинансирования в виде ссуд или сырья (в случае Корейко – химического). Во-вторых, нецелевое расходование средств при строительстве электростанции. Что такое частно-государственое партнёрство, говоря языком нашего времени, или концессия, выражаясь языком НЭПа – сегодня объяснять никому не надо. Ясно как день, что не взяв в долю крупных советских руководителей, провернуть такое было невозможно. Авторы, само собой, объясняют успехи Корейко простым головотяпством простых чиновников. Но в это не верится совершенно.

«Вокруг "Геркулеса" кормилось несколько частных акционерных обществ» – как видим, даже лексика нисколько не изменилась. Сейчас мы бы употребили точно такое же слово – «кормилось».

«Интенсивник» получал от ГЕРКУЛЕС’а большой аванс на заготовку чего-то лесного, зицпредседатель не обязан знать, чего именно. И сейчас же лопнул. Кто-то загреб деньгу, а Фунт сел на полгода».

В реальной жизни суммы в миллионы рублей – не уровень гражданина Полыхаева, руководителя Геркулеса. Нити шли много выше. На 1930-й год – год написания романа – все коррупционеры в высшем партийном и советском руководстве ещё чувствуют себя прекрасно. И будут себя хорошо чувствовать до самого 1937-го. Отметим особо, речь шла не об отдельных коррумпированных руководителях. А о целом поколении управленцев, выросших при НЭПовской системе.

На рубеже 1920-х и 1930-х гг романы Ильфа и Петрова были оружием в руках советской власти. Но после войны ситуация изменилась. Вопреки утверждениям либеральных литературоведов, в конце 1940-х романы Ильфа и Петрова запрещены не были. Было остановлено новое издание книг, а это не то же самое, что запрещение.

Процитируем Постановление Секретариата Союза советских писателей от 15 ноября 1948 года:

«Романы Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок» были написаны в период НЭПа. Если в то время еще и могла иметь некоторое положительное значение содержащаяся в книге критика нэпманских элементов, то и тогда книга в целом давала извращенную картину советского общества в период НЭПа. Нельзя забывать, что Евгений Петров и, в особенности, Илья Ильф, как многие другие представители советской писательской интеллигенции, не сразу пришли к пониманию пути развития советского общества и задач советского писателя. Романы Ильфа и Петрова «Двенадцать стульев» и «Золотой теленок» свидетельствуют о том, что авторы преувеличили место и значение нэпманских элементов и что авторам в тот период их литературной деятельности присущи были буржуазно-интеллигентский скептицизм и нигилизм по отношению ко многим сторонам и явлениям советской жизни, дорогим и священным для советского человека».

В сталинский период к литературе применяли один критерий: практическую пользу для воспитания советской молодёжи. А ей – выросшей уже при Сталине – даже описание реалий НЭПа были ни к чему. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы после прочтения дилогии о Бендере задуматься о том, почему после установления советской власти прошло уже более десяти лет, а вокруг – Скумбриевичи да Корейко, по улицам бегают беспризорники, а по редакциям ходят Ляписы. Такая картина не вязалась с официальной: куда Ленин и Дзержинский смотрели? А после них – и сам Сталин? Объяснять долго и в тревожной обстановке конца 40-х едва ли уместно. Возникал и другой вопрос – куда они все (на самом деле, понятно, что не все) делись, а это выводило на 37-й год, о котором тоже предпочтительно было умалчивать. Наконец (и видимо, в главных), не только нарисованная Ильфом и Петровым картина жизни, но и сам дух дилогии и даже язык, которым она была написана, выглядел недопустимым, растлевающим. Сама жизнь при НЭПе являла собой один сплошной «буржуазно-интеллигентский скептицизм и нигилизм по отношению ко многим сторонам и явлениям советской жизни, дорогим и священным для советского человека».

И это касалось не только той, старой, жизни, но и талантливых её описаний.

«К вечеру Остап знал всех по имени и с некоторыми был уже на «ты». Но многого из того, что говорили молодые люди, он не понимал. Вдруг он показался себе ужасно старым. Перед ним сидела юность, немножко грубая, прямолинейная, какая-то обидно нехитрая. Он был другим в свои двадцать лет. Он признался себе, что в свои двадцать лет он был гораздо разностороннее и хуже. Он тогда не смеялся, а только посмеивался. А эти смеялись вовсю.

«Чему так радуется эта толстомордая юность? – подумал он с внезапным раздражением. – Честное слово, я начинаю завидовать».

С 1956-го года законодателями мод опять стали люди, которые не смеялись, а только посмеивались. Под их посмеивание – в т.ч. с цитатами из Бендера, получившего второе рождение при Хрущёве, – всё в итоге и закончилось. Закончилось 1991-м годом, развалом державы, бегством с родной земли миллионов русских людей и сотнями тысяч убитых в войнах по всему бывшему Советскому Союзу. Но это будет позже.

А в 1930-м году заканчивалось как раз «посмеивание». Заканчивались «буржуазно-интеллигентский скептицизм и нигилизм». Куда-то делись проститутки и сутенёры. Закрылись кабаки, а на их месте начали появляться музеи. Исчезли с улиц беспризорники во главе с Глебом Жегловым, советская власть уже занялась их воспитанием, и они вступят в бой через десять лет, на рубеже 1930-х и 1940-х. А пока что на смену скумбриевичам уже явилось первое советское поколение, вроде Зоси Синицкой и её мужа, вроде студентов, ехавших с Бендером в одном поезде. Поколение с совсем другими мыслями и другими глазами. Люди, засучившие рукава для большой, тяжёлой и важной работы.

«Настоящая жизнь пролетела мимо, радостно трубя и сверкая лаковыми крыльями. Искателям приключений остался только бензиновый хвост. И долго еще сидели они в траве, чихая и отряхиваясь».

На смену России Паниковского и Бендера шла Россия Жеглова и Шарапова.

Тэги: Иосиф Сталин, общество, СССР, история, литература, культура

Комментарии

Выбор редакции
Вопрос антисоветчикам: так вернут ли власть народу?
Вопрос антисоветчикам: так вернут ли власть народу?
Вопрос антисоветчикам: так вернут ли власть народу?
Вопрос антисоветчикам: так вернут ли власть народу?
Михайличенко и его штаб в «Динамо»: почему именно эти тренеры?
Михайличенко и его штаб в «Динамо»: почему именно эти тренеры?
Смерть «публичного масона» в Одессе: факты и странности
Смерть «публичного масона» в Одессе: факты и странности
Андрей Малышко: украинский классик сталинской пробы
Андрей Малышко: украинский классик сталинской пробы
Кто на самом деле спровоцировал кровопролитие на Майдане? Правда всплыла
Кто на самом деле спровоцировал кровопролитие на Майдане? Правда всплыла
Стартовал скандальный апокалиптический проект «Голубой луч»? США готовы признать реальность НЛО
Стартовал скандальный апокалиптический проект «Голубой луч»? США готовы признать реальность НЛО
ТОП 8 сериалов про тайные общества. Видео на канале «Фразы»
ТОП 8 сериалов про тайные общества. Видео на канале «Фразы»
Усик может стать новым президентом Украины?
Усик может стать новым президентом Украины?
Каталог загадочных объектов, найденных на Марсе. Видео на канале «Фразы»
Каталог загадочных объектов, найденных на Марсе. Видео на канале «Фразы»
fraza.ua
В Киеве мужчина убил близкого родственника, после чего сам позвонил в полицию
В Киеве мужчина убил близкого родственника, после чего сам позвонил в полицию
В Киеве мужчина убил близкого родственника, после чего сам позвонил в полицию
В Киеве мужчина убил близкого родственника, после чего сам позвонил в полицию
В сеть «слили» видео дерзкого побега Дов Сильвера от СБУшников в «Борисполе»
В сеть «слили» видео дерзкого побега Дов Сильвера от СБУшников в «Борисполе»
В сеть «слили» расшифровку переговоров экипажа А321, севшего на кукурузное поле
В сеть «слили» расшифровку переговоров экипажа А321, севшего на кукурузное поле
На Шулявке отчаянный мужчина «порешил» собственную жену
На Шулявке отчаянный мужчина «порешил» собственную жену
В ГСЧС рассказали подробности смертельного пожара в одесской гостинице «Токио Стар»
В ГСЧС рассказали подробности смертельного пожара в одесской гостинице «Токио Стар»
В Киеве убили и расчленили женщину
В Киеве убили и расчленили женщину
В Киеве стреляли в переполненном «Портер пабе»
В Киеве стреляли в переполненном «Портер пабе»
В Одессе при масштабном пожаре погибли сразу 8 человек, еще 10 ‒ пострадали
В Одессе при масштабном пожаре погибли сразу 8 человек, еще 10 ‒ пострадали
В киевском метро заметили двойника Зеленского
В киевском метро заметили двойника Зеленского
Трамп сравнил себя с… Элтоном Джоном
Трамп сравнил себя с… Элтоном Джоном
fraza.ua

Опрос

Что будет с Порошенко после выборов?