ТОП:
«Гостям запрещалось говорить о политике и делах». История застольных бесед

«... С кем обедать? — Это важнейшая часть науки. Приятный застольный собеседник в обществе выше лорда Байрона и Христофора Колумба. За столом не должно рассказывать, спорить, рассуждать, не должно вести длинных разговоров. За обедом надобно уметь перестреливаться короткими фразами, которые содержат столько ума и остроты, чтобы какой-нибудь журналист на одной подобной фразе мог развесть несколько своих толстых книжек.

Пошлая лесть, вялый комплимент изгоняются из беседы, так же как колкая эпиграмма и едкая сатира. Ни лизать, ни кусать, ни щипать, ни колоть словами не позволяется за столом, а можно только щекотать фразами.

Не должно никогда заводить речи о сериозном. Политика — это кислый соус в нелуженой кастрюле; деловые разговоры — иссушенное филе; ученость — пережаренный ростбиф.

Вообще беседа начинается в конце обеда, приближаясь к жаркому, в виду пирожного и десерта. Везде дамы дают законы в обществе, и с дамами должно говорить о том, что ими угодно и что им приятно, а в обществе умных и любезных дам беседа будет всегда приятна, потому что они умеют управлять разговором с удивительным искусством.

Но на мужском обеде финал каждой беседы — разговоры о женщинах...».

Этот отрывок текста, адаптированный к современному языку, взят из учебника с длинным названием: «Правила благородного человека, нужные в каждодневном обращении и приличествующие юным недорослям, охочим до примерного поведения в обществе», который предназначался для воспитанников Пажеского корпуса.

До 1832 года в элитное заведение принимались только дети полных генералов от кавалерии, инфантерии, артиллерии, «высшей аристократии инородческой и Царства Польского».

Разговоры за обедом, завтраком и ужином, по мнению авторов учебника --  Андрея Головина и Павла Пошехонова, вовсе не ритуал, а средство воспитания, что «приятствует общему научению ума и экзерцисам словесным».

Новая этика для аристократов стала продолжением петровского кодекса для боярских недорослей «Юности честное зерцало, или Показания к житейскому обхождению», выпущенного в 1717 году.

Древний трактат Петра I к середине ХIХ века безнадежно устарел. Для пятого поколения молодых российских дворян анахронизмом звучали такие наставления в «Зерцале», как «... не должно рыгать, кашлять и подобный такия грубыя действия в лицо другого чини, или чтоб другой дыхание и мокроту желудка, которая восстает, мог и чувствовать, но всегда либо рукой закрой, или отворотя рот на сторону, или скатертию, или полотенцем прикрой. Чтоб никого не коснутца и тем сгадить».

Эпоха наполеоновских войн и заграничные походы русской армии «европеизировали» дворянство. Отставные офицеры перестали сморкаться в занавески, начали по утрам пить кофе вместо морса, «баловаться мемуаром» под старость лет и говорить на русско-французском суржике («я не могу дормир в потемках»).

Чавкать и отрыгивать за столом аристократы перестали, однако говорить на отвлеченные темы («перестреливаться остроумными фразами») долгое время не умели.

Отсутствие общей культуры, грубый провинциальный быт и удаленность от столиц заставляли сельских помещиков приглашать к себе в гости на лето известных писателей, журналистов, музыкантов и художников, чтобы тактильно поднабраться поведенческих стереотипов от людей «на ниве образования взрощенных». Приглашали не просто так, а... за гонорар.

За гонорар

Ко времени выхода нового учебника этики для дворян в 1832 году Гоголь еще не написал комедию «Ревизор» и поэму «Мертвые души». Однако «невежество и подлая грубость» помещиков из глубинки «резали глаз» не только иностранцам-путешественникам, но и жителям обеих столиц.
Тысячи Ноздревых, Собакевичей и Коробочек составляли провинциальную элиту Российской империи. Поэт Владимир Бенедиктов в 1832 году отправился в командировку от Министерства финансов ревизовать центральные губернии страны.

Он проехал один в один по будущему маршруту Павла Чичикова, останавливаясь на постой в дворянских усадьбах. В письме Якову Полонскому — своему другу и литератору — Бенедиктов не скрывает раздражения: «Везде одно и то же. Второго дня на постое меня просвещал в греческом языке отставной суворовский поручик Горяинов. Оказывается, слово „гастроном“ состоит из двух частей: „гастрос“ — желудок и „номос“ — закон. Вот он и завел среди своей дворни „Законы желудка“. На стол у него ежедневно подается половина туши жареного кабана, что непременно должна быть съедена в обеденный присест, две четверти водки, моченые яблоки и хлеб. Кроме этого гостям ничего не предлагает. Ест быстро и пытается говорить с полным ртом так, что решительно разобрать невозможно. Вилкой не пользуется, а сальные руки вытирает о кафтан и разбрызгивает жир на две сажени вкруг. Мерзкое, совершенно мерзкое зрелище...».

Дикие нравы русских дворян обрели устойчивую нарицательность в среде образованной аристократии задолго до Фонвизина, Грибоедова и Гоголя.

Об их невежестве, грубости и спеси распространялись анекдоты, публиковались памфлеты в толстых журналах.

Провинциальные землевладельцы, приезжавшие в столицу, чувствовали себя не в своей тарелке. Они жили на доходы с имения и не могли позволить себе долгую отлучку для учебы в университетах. Поэтому их реакция на пренебрежительное отношение «столичных умников» была болезненной. Чтобы обрести благородный лоск без университетской скамьи, помещики нашли другой путь.

В 40-х годах ХIХ века они стали массово приглашать на лето к себе в деревню студентов из худородных дворян и разночинцев. В 1840 году вольнослушатель физико-математического факультета Киевского университета св. Владимира Павел Борисковский в своей биографической книжке «Записки поповского сына» вспоминал: «В летнюю вокацию наступала блаженная пора. Мы все разъезжались в имения окрестных помещиков, которые приглашали отощавших книжников для умных застольных бесед.

Это называлось у нас „пастись на тучных лугах“. Обязанности были простые: вести за обедом пустопорожние разговоры о философии, астрономии и общем устройстве физического мира.

Весь остальной день каждый был предоставлен сам себе и делал что угодно. В конце лета хозяева выплачивали своим постояльцам до 60 рублей наградных за беспокойство...».

Однако вскоре «блаженная пора» закончилась. Дети необразованных дворян возвращались в имения с дипломами столичных университетов и кадетских корпусов. Общий уровень культуры провинциальных элит возрос, и необходимость в «гонорарных студентах» отпала.

Застольные беседы — необходимый атрибут просвещенности — ушли в прошлое. В последней четверти ХIХ века провинцию охватила эпидемия «дикой гастрономии» — законы желудка вытеснили интеллектуальную составляющую на периферию совместной еды.

Законы желудка

Украина в позапрошлом веке — продовольственная база Российской империи. О хлебосольности малороссийских помещиков ходили легенды, и сложилась устойчивая мифология.

Александр Пушкин, находясь в Одессе при канцелярии губернатора Михаила Воронцова, много путешествовал по Херсонской губернии, останавливаясь в имениях местных землевладельцев. Позднее, в черновике к III главе романа «Евгений Онегин», он напишет: «В деревне день — есть цепь обеда».

Немного позднее русский беллетрист Антоний Погорельский в повести «Монастырка» опишет эмоциональный шок москвичей и петербуржцев от гастрономических традиций украинских помещиков.

Вот цитата: «За обедом капитана Маразлина можно было назвать истинным счастливцем: как блестели его глаза, когда на столе появлялась какая-нибудь великолепная кулебяка! С какою любовью выбирал он для себя увесистый кусок говядины! Какая доброта разливалась по всему лоснящемуся его лицу, когда он упрашивал нас „кушать, не церемонясь“! Он так был хорош в своем роде за обедом, что после мне уже трудно было и вообразить его в другом положении. Это был истинно обеденный человек».

И далее: «Петербургские родственники в простоте своей думали, что насильственное кормление обедом окончилось, но они жестоко ошиблись. Гости, встав из-за стола, отправились с хозяевами в гостиную. Посредине комнаты ломился стол под бременем сладостной ноши. Всех лакомств должны были гости отведать хорошенько и объявить о них свое мнение. Петербургские господа ели, боясь за свое здоровье, и принуждены были еще выпить по чашке кофею с густыми, как сметана, пенками, наложенными собственно каждому гостю порознь. Такое угощение походило на умысел совсем уморить гостей... Никаких разговоров за столом, кроме как о прекрасной еде, не было слышно...».

Постепенно «умные беседы» дворян во время поглощения пищи стали анахронизмом в провинции. Зато появилась мода превращать совместные застолья в театральные представления.

В 1848 году студент Харьковского университета Никифор Варкопало (будущий владелец газеты «Киевский телеграф») приехал погостить в имение Сальцы (современный Врадиевский район Николаевской области) к родителям своего однокурсника Мирослава Касаткина.

Будущий издатель был шокирован гастрономическими традициями малороссийских помещиков. Позднее он вспоминал об этой поездке: «Родители Мирослава были бодрыми стариками. Головы их никогда ни о чем важном не размышляли. О Байроне помину не было. Занятия их и труды самые серьезные состояли в жевании и проглатывании всего того, что приготовлялось для них в кухне, буфете, кладовых, леднике и пекарне. Рот их в продолжение целого дня не закрывался, зубы, целые и ровные, работали преисправно.

Приходил час, нужно было обедать; перед началом подавалась закуска, за ней следовал продолжительный и сытный обед; после обеда являлись варенья, маковники, орехи; кофе с кренделями и сухариками, при этом папаша — отставной аракчеевский полковник — пил кофе со спиртом пополам...

Однако настоящая демонстрация чревоугодия начиналась по приезде родственников из Киева, Москвы и Петербурга.

После двенадцати перемен блюд, когда осоловелые гости уже ничего не соображали, в обеденную залу на телеге завозили громадный торт. Хозяин громко хлопал в ладоши, на поверхности торта, обильно покрытого кремом безе, отворялась масляная роза и из чрева вылетали разноцветные канарейки. Затем второй хлопок — по углам поднимались четыре музыканта со шляпами из кремовых орхидей и начинали играть мазурку...».

В городах «театральные застолья» проходили менее шумно. Здесь местная элита пыталась подражать столичной изысканности.

Сохранилось меню званого обеда, который состоялся в 1901 году и был посвящен пятидесятилетнему юбилею адвоката Николая Платоновича Карабчевского.

Знаменитый юрист родился в Николаеве, окончил здесь реальную гимназию, затем поступил в Санкт-Петербургский университет и сделал стремительную карьеру. Имя этого блестящего судебного оратора сегодня бы занесли в Книгу рекордов Гиннесса. За свою многолетнюю адвокатскую практику Карабчевский не проиграл в суде ни одного дела.

Председатель Всероссийского совета адвокатов решил отметить полувековую годовщину у себя на родине в Николаеве. Для праздничного застолья был выбран ресторан гостиницы «Гранд-Отель» (угол Шевченко и Фалеевской).

Меню уместилось на двух страницах рекламной карты: антрекот в соусе из красного вина и баранья нога а-ля Ватель, суп фенхель и фаршированные голуби, цыпленок капара и суп из спаржи, баранина по-венгерски и сырная запеканка рекамье, говядина «Болмат» и дунайская сельдь, перепела «Кокон» и... всего 112 наименований различных блюд и десертов.

К столу подавалось четыре сорта шампанского, 22 вида водки и коньяков, а также 16 наименований вин из различных виноградников. Всем гостям «мужеского пола» юбиляр преподнес золотые брегеты с дарственной надписью, а дамам — веера из перьев страуса.

По воспоминаниям очевидцев, «в ресторане играл оркестр, приглашенный из одесской оперы, гостям запрещалось говорить о политике и вести беседы о делах. Присутствующие произносили здравицы имениннику, читали стихи французских и русских поэтов».

Регламентация разговоров элитного застолья — реакция столичных аристократов на пустопорожние беседы «о видах на урожай» в глухой провинции.

Время для приватного общения отводилось только на аперитивах, а также после трапезы — в кабинете, где выкуривались трубки и сигары.

Разговоры с полным ртом считались дурным тоном в среде образованного дворянства.

Дурной тон

Революции и войны похоронили древнюю этику благородных застолий. Однако аскетизм был чужд большевистской номенклатуре.

В брежневские времена в народе бытовал популярный анекдот: 1918 год, в стране голод. По Кремлю идет Ленин. И наблюдает сквозь окно, как его соратники пируют за роскошным столом. «И это профессиональные революционеры! — огорчается Ильич. — Люди с многолетним стажем подпольной работы! Шторы не могли задернуть!».

Мода на обильные застолья возникла уже после смерти вождя. Новая номенклатура не была готова ждать коммунистического завтра, ограничивая себя в настоящем.

Дабы гастрономические излишества не кололи глаз рядовым коммунистам, партийный аппарат по всей вертикали — от Центрального комитета до глухого райкома — стал отмечать всевозможные революционные праздники и юбилеи.

Номенклатура торжественных и поминальных обедов была широка: день рождения Робеспьера и годовщина смерти Карла Маркса, взятие Бастилии и победа английского революционера Кромвеля в битве при Нейзби, I съезд РСДРП и юбилей Парижской коммуны.

По подсчетам историков, с 1918-го по 1925 год партийные функционеры единоразово отметили более 15 000 различных знаменательных дат и событий.

В Николаеве по инициативе горкома партии в 1925 году в первичных организациях широким застольем отпраздновали пятилетнюю годовщину победы над Врангелем, а в 1930-м — шестидесятилетие со дня рождения Ленина.

На местах банкетная вакханалия окончилась только в 1930 году. Из Кремля последовал грозный окрик в виде специального постановления политбюро. Закрытое письмо из Москвы напрямую запрещало устраивать несанкционированные торжества, что «отвлекают рядовых коммунистов от выполнения плановых задач партии и советского правительства».

Последующие волны репрессий большевистской номенклатуры окончательно похоронили шумные разговоры за едой. Ушли в прошлое доверительные беседы «за чашкой водки». Областные, городские и районные секретари хмуро пили в одиночку, чтобы не сболтнуть лишнего.

Тридцатилетнее сталинское правление выработало у партийных чиновников условный рефлекс «глубокомысленного молчания за столом», который Татьяна Заславская — видный российский социолог и академик РАН — иронично назвала «банкетным синдромом».

На постсоветском пространстве, по мнению той же Заславской, этика застольного поведения предельно унифицировалась. «И на корпоративном торжестве, и на поминальном обеде, — говорит академик, — первая часть совместного поглощения еды проходит в сдержанном молчании, а после третьей рюмки в малых группах начинаются оживленные разговоры, темы которых далеки как от покойника, так и от корпоративного праздника».

Тэги: беседа

Комментарии

Выбор редакции
Все первые кадровые назначения Зе!: «агент» Кремля, «человек Коломойского» и организатор трансляции инаугурации Порошенко
Все первые кадровые назначения Зе!: «агент» Кремля, «человек Коломойского» и организатор трансляции инаугурации Порошенко
Все первые кадровые назначения Зе!: «агент» Кремля, «человек Коломойского» и организатор трансляции инаугурации Порошенко
Все первые кадровые назначения Зе!: «агент» Кремля, «человек Коломойского» и организатор трансляции инаугурации Порошенко
Кто подставляет Владимира Зеленского? Новое видео на канале «Фразы»
Кто подставляет Владимира Зеленского? Новое видео на канале «Фразы»
Стартовал скандальный апокалиптический проект «Голубой луч»? США готовы признать реальность НЛО
Стартовал скандальный апокалиптический проект «Голубой луч»? США готовы признать реальность НЛО
Эксперт из команды Зе! Святослав Юраш за час не смог толком ответить ни на один вопрос ведущей
Эксперт из команды Зе! Святослав Юраш за час не смог толком ответить ни на один вопрос ведущей
ТОП 8 сериалов про тайные общества. Видео на канале «Фразы»
ТОП 8 сериалов про тайные общества. Видео на канале «Фразы»
Усик может стать новым президентом Украины?
Усик может стать новым президентом Украины?
Список версий гибели группы Дятлова. Видео на канале «Фразы»
Список версий гибели группы Дятлова. Видео на канале «Фразы»
Каталог загадочных объектов, найденных на Марсе. Видео на канале «Фразы»
Каталог загадочных объектов, найденных на Марсе. Видео на канале «Фразы»
Что говорят о Зеленском известные люди? Видео на канале «Фразы»
Что говорят о Зеленском известные люди? Видео на канале «Фразы»
История украинского масонства на канале «Фразы»: Грушевский, Петлюра, Шевченко и другие
История украинского масонства на канале «Фразы»: Грушевский, Петлюра, Шевченко и другие
fraza.ua
В отмене энергореформы заинтересован Коломойский, — инвестаналитик
В отмене энергореформы заинтересован Коломойский, — инвестаналитик
В отмене энергореформы заинтересован Коломойский, — инвестаналитик
В отмене энергореформы заинтересован Коломойский, — инвестаналитик
В Киеве погиб подросток, исполняя глупое желание своей возлюбленной
В Киеве погиб подросток, исполняя глупое желание своей возлюбленной
Сильные ливни добрались до Киева, превратив Святошино в Венецию
Сильные ливни добрались до Киева, превратив Святошино в Венецию
Британский премьер подала в отставку. Появилась прощальная речь Терезы Мэй
Британский премьер подала в отставку. Появилась прощальная речь Терезы Мэй
Под одним из столичных кинотеатров нашли труп бомжа (18+)
Под одним из столичных кинотеатров нашли труп бомжа (18+)
Автомобили Коломойского трижды приезжали к дому Тимошенко. Он говорит, что это понарошку
Автомобили Коломойского трижды приезжали к дому Тимошенко. Он говорит, что это понарошку
В Китае утонул корабль с людьми: появились страшные кадры трагедии (18+)
В Китае утонул корабль с людьми: появились страшные кадры трагедии (18+)
Болгарские националисты использовали в своей агитации ролик со стреляющим Зеленским
Болгарские националисты использовали в своей агитации ролик со стреляющим Зеленским
Под Киевом столкнулись фура и микроавтобус
Под Киевом столкнулись фура и микроавтобус
В Канаде нашли грибы, которым более миллиарда лет
В Канаде нашли грибы, которым более миллиарда лет
fraza.ua

Опрос

Что будет с Порошенко после выборов?