27.03.17
Архив
ТОП:
Новинки худлита: подкрадываясь к Лолите, обратная сторона СССР и игрушки, которые мы потеряли

...Бежав из Европы в самом начале войны, герой этой книги оказался в Америке, где, как утверждали европейские интеллектуалы, процветали грубость, расизм и тот же фашизм. И замечательное исследование «Набоков в Америке. По дороге к «Лолите» Роберта Роупера (М.: Corpus) как раз помогает понять, было ли это бегство ошибкой, западней, насмешкой судьбы. Ведь в этой «грубой» стране Набоков прожил с 1940 по 1958 год и именно здесь стал писать по-английски.

Какой он нашел Америку? «В эти послевоенные годы американцы восхищались Диким Западом, искали собственное отражение в историях о ковбоях и первых поселенцах, — сообщают нам. — Вестерны и раньше пользовались успехом, теперь же их популярность и вовсе взлетела до небес».

Добавим, что Набоков много путешествовал по стране, и это чуть ли не впервые, когда он поддался массовой моде. В этот период американцы чаще стали проводить отпуск, путешествуя на автомобиле по стране, и заезжие дворы (которые по новой моде начали называть «мотелями») открывались повсеместно. Сеть федеральных скоростных автомагистралей, которую было решено организовать в 1956 году по указу президента Эйзенхауэра, стала самым масштабным общественным проектом. В пятидесятые машины стали лучше, у людей появились лишние деньги, Соединенные Штаты только что выиграли великую войну, и тут, значит, Набоков, который считал американскую литературу посредственной, хотя и вынужден был учитывать вкусы ее читателей.

В принципе, ситуация вполне понятна. Набоков получил великолепное европейское образование, слыл эстетом и снобом, владея тремя языками, писал стихи и занимался энтомологией, увлеченно ловя бабочек. И вдруг очутился «среди ковбоев и религиозных фанатиков». Неужели над ним все-таки посмеялась судьба? С другой стороны, он, по сути, оказался в мире детства, который жил в книгах Майн Рида и Фенимора Купера, как, собственно, у всех мальчиков начала ХХ века, и здесь, в Америке, наконец-то материализовался. Здесь ему вставили искусственные зубы, он был худ и похож на туберкулезника, но оставался целеустремленным и влюбленным в себя, словно юный гимназист на каникулах у провинциальной бабушки.

Вера, его верная спутница и жена, прекрасно это понимала и в меру сил поддерживала, хотя ее личное детство обитало в других, более «европейских» книжках Флобера и Бальзака. Впрочем, здесь Набокову пришлось учитывать предпочтения совсем других читателей. Он вынужден был менять немецкие имена своих героев на английские (Магду на Марго, Аннелизу на Элизабет) и заострять лейтмотив кинематографических клише, заполонивших умы. Его литературный агент, «низкорослая, жуткого вида кривоногая женщина с выкрашенными в неприлично рыжий цвет волосами», донимала утонченного автора абсурдными требованиями написать «модную книгу с привлекательными героями и нравоучительным содержанием». И все это, как следует из подзаголовка к «Набокову в Америке», случилось на пути к созданию «Лолиты» — романа, сделавшего его автора всемирно известным писателем.

В следующем, уже «киевском» романе «Весна на Місяці» Юлии Кисиной (Х.: Фабула), где описывается, как «в шовкових кучерях темного плюща клекотіло свято гниття», его героиня свой город тоже не любит. И поэтому создает собственный мир, в котором, кроме классического Булгакова, немало от южнорусской школы письма. В которой — телесность Бабеля, детальность Олеши, историзм Катаева. Вот и упомянутое гниение «було надмірне і чудове, з властивим йому південним духом — безпосередня близькість до моря — лише ніч їзди до Одеси, і там уже справжнє життя: виноград, вітрильники і грецькі торговці». Тогда как в Киеве того времени — а именно в эпоху 1970-х — сплошное серое и безрадостное детство в соцреалистических декорациях. Школьная рутина, родительская опека и прочие «радости» тревожной поры подросткового инфантилизма.

В целом «Весна на Місяці» — это прекрасная смесь грустной сатиры и теплого юмора в стиле Кати Метелицы и Маруси Климовой вкупе с нежной скрупулезностью Бруно Шульца, когда речь заходит о педофилии. Услышим также упомянутого Булгакова с Ильфом и Петровым, когда автору нужно поддать коммунальной мифологии, и тогда «в горлі унитазу гуркотіла магматична лава и співали несправні труби». Немало и мифологического Пригова с его замечательным романом «Живите в Москве» — как матрицы любой этнографической мистификации. У Дмитрия Александровича, помнится, Москву атакуют гигантские змеи, недобитые в «Роковых яйцах» Булгакова, а героине «Весны на Луне» мерещатся двухголовые мужчины и волосатые женщины в богадельнях нашей с вами советской литературной родины.

Упомянув, что роман откровенно биографический, отметим явный зазор между дневниковой формой и более поздними воспоминаниями (автор романа живет в Германии). Благодаря такому стилистическому зазору «Весна на Місяці» то приобретает фантасмагорическую форму детских фантазий в духе «Амаркорда» Феллини, то почти стенографирует историю нравов в застойные времена. «Я хотіла залишатися у проміжковому стані зачарування, в єлисейських полях отроцтва», — сообщает героиня о подобном «состоянии невесомости», и в романе ей это вполне удается. А уж Луна, как объясняет автор, это, конечно же, Советский Союз, и читателю самому решать, действительно ли на темной ее стороне случилась весна этого самого отрочества.

Следующая история нашего обзора начиналась, если верить автору, тридцать лет назад. Ну а как она продолжилась, лучше, конечно, спросить у его мамы. Ведь это она однажды просто свалила всё, что было, на дно огромного фанерного ящика и отправила морем — в Хайфу. «Тряпки. Полотенца. Письма. Занавески. Школьные тетрадки. Учебники для третьего класса. Подвенечное платье. Ёлочные звёзды и серпантин. Твои игрушки». Таким образом, здесь все семейное. «Игрушки» Дмитрия Дейча (М.: Издательские решения) — это вообще история родственных связей, рассказанная в контексте детских артефактов советского времени. Одна игрушка, игра или история про дедушку на войне — одна глава романа с детством. А также с отрочеством и юностью, дальнейшей армией и дядей Колей-меломаном, не любившим Мендельсона и поэтому так и не женившимся.

Хотя детство у героя, скорее всего, было как раз позднесоветское, поскольку все эти сокровища — пластиковые пираты, викинги, индейцы с ковбоями и даже «любимая пластмассовая клюшка с пластмассовой шайбой в придачу» — в застойные времена не особо водились в коллекциях мальчиков.

Здесь ценилась редкая «резина» из ГДР, из которой были сделаны те же индейцы (из них, в свою очередь, по образу и подобию клепали их советских пластмассовых собратьев). Ну а клюшки вообще мастерили из каких-то дрючков, словно в кино о волшебных спичках.

И только плоские и алые, словно леденцы, пластмассовые буденовцы из рассказа «Конармия» были «свои», советские, такой экономии материала больше нигде в мире не встречалось. Они, словно пистоны за шесть копеек из киоска «Союзпечати», предназначались не для игры, а для «имитации» военных действий, поскольку почти не держались, пардон за оксюморон, на ногах. Собственно, как те же пистоны, не имеющие убойной силы, о чем гласила надпись на коробке: «Предназначаются для имитации выстрела из детских автоматических пистолетов».

Да и дедушка у автора, как оказалось, был не совсем ненастоящий. С одной стороны, конечно, идиллия, когда он на кухне «рассказывал бабушке неприличный анекдот, хмыкая и гукая в опасных местах, чтобы я, подслушивая, не узнал раньше времени, как делают детей», о чем вещает маленький герой этой книги. С другой стороны, как у всякого персонажа из детства, его дедушка «был инопланетянин с маленькой кнопочкой на затылке». Как в книжке с названием «Штамм Андромеда», которую читала мама. Хотя бабушка называла его «старым мудаком».

А вообще-то так бывает, когда бытовые, в сущности, явления и вещи рассматриваются сквозь призму истории более древней, чем военная слава дедушки нашего героя, Григория Исаевича, выведшего свой полк из окружения. Которого, кстати, вполне «исторически» звали Довид Гирш реб Ицхак Дейч. И пускай в данном случае речь о «советских евреях», но все равно они почему-то отличаются от всех других людей из этой книги. В первую очередь, любовью к этим самым людям и уж после — ко всему, что их окружает. Например, к игрушкам, личному ординарцу или собственному короткопалому внуку, которого так и не взяли на скрипку и теперь он в Хайфе ведет кружок медитации.

Тэги: худлит, книга

Комментарии

26.03.17 18:50

Главные новости за 25-26 марта 2017 года

26.03.17 16:40

Мать Паршова опознала в убийце Вороненкова своего сына. В России у него осталась гражданская жена с ребенком

26.03.17 15:15

На антикоррупционном митинге в Москве полиция задержала Навального

26.03.17 14:57

США ввели новые санкции против России. Под удар попали восемь компаний

26.03.17 13:43

Зима решила вернуться в Украину. Львовскую область замело снегом

26.03.17 12:51

Украина выдвинула России условие для участия в «Евровидении-2017»

26.03.17 12:19

По всей России прокатилась волна митингов против коррупции. Полиция массово задерживает людей

25.03.17 18:38

В Балаклее восстановили движение поездов и очистили от боеприпасов близлежащие села

25.03.17 17:23

В центре Минска началось противостояние правоохранителей и «рассерженных белорусов». ОМОН сметает все на своем пути, даже бабушек

25.03.17 17:07

Экс-советник главы СБУ назвал игру сборной Украины бездарной, а самих футболистов обозвал калеками

На антикоррупционном митинге в Москве полиция задержала Навального
На антикоррупционном митинге в Москве полиция задержала Навального
На антикоррупционном митинге в Москве полиция задержала Навального
На антикоррупционном митинге в Москве полиция задержала Навального
Зима решила вернуться в Украину. Львовскую область замело снегом
Зима решила вернуться в Украину. Львовскую область замело снегом
В Балаклее восстановили движение поездов и очистили от боеприпасов близлежащие села
В Балаклее восстановили движение поездов и очистили от боеприпасов близлежащие села
В центре Минска началось противостояние правоохранителей и «рассерженных белорусов». ОМОН сметает все на своем пути, даже бабушек
В центре Минска началось противостояние правоохранителей и «рассерженных белорусов». ОМОН сметает все на своем пути, даже бабушек
На Камчатке внезапно «проснулся» вулкан, который последний раз извергался 250 лет назад
На Камчатке внезапно «проснулся» вулкан, который последний раз извергался 250 лет назад
На месте убийства Вороненкова были замечены странные операторы
На месте убийства Вороненкова были замечены странные операторы
Местный житель утверждает, что взрывы на складах под Харьковом начались после визита каких-то генералов
Местный житель утверждает, что взрывы на складах под Харьковом начались после визита каких-то генералов
В Сеть просочилось видео убийства Вороненкова: киллер хладнокровно расстрелял свою жертву
В Сеть просочилось видео убийства Вороненкова: киллер хладнокровно расстрелял свою жертву
Reuters показало эшелон с российскими танками за 100 км от Мариуполя
Reuters показало эшелон с российскими танками за 100 км от Мариуполя
Взрывы на складах под Харьковом звучат все реже, но количество пострадавших увеличилось
Взрывы на складах под Харьковом звучат все реже, но количество пострадавших увеличилось
fraza.ua

Опрос

Кто был худшим Президентом Украины?