Сегодня - 30.05.17
Архив
ТОП:
Пушкин: жизнь и смерть великого безбожника. Часть 20 (адская шутка)

От редакции. 8 февраля «вся прогрессивная общественность» бывшего СССР будет отмечать 180-летие трагической дуэли на Черной речке. И мы подумали: чем не повод снова обратиться к личности и творчеству знаменитого российского поэта, чтобы ответить на сакраментальный вопрос: «Каким он парнем был?».

Учитывая вышеизложенное, редакция «фрАзы» приняла решение начать публикацию статей (глав) из новой книги нашего постоянного автора Андрея Подволоцкого «НЕИЗВЕСТНЫЙ ПУШКИН: ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ ВЕЛИКОГО БЕЗБОЖНИКА».

Желаем посетителям нашего сайта приятного и занимательного чтения.

(Вниманию потенциальных издателей: у вас есть уникальная возможность через редакцию «фрАзы» связаться с автором и первым получить эксклюзивные права на издание книги целиком.)

Все части Пушкинианы читайте здесь

20. «АДСКАЯ ШУТКА BANCAL’я.»

Вот текст этого знаменитого пасквиля (в переводе на русский язык): «...Кавалеры первой степени, командоры и кавалеры светлейшего ордена рогоносцев, собравшись в Великом Капитуле под председательством достопочтенного великого магистра ордена, его превосходительства Д. Л. Нарышкина, единогласно избрали г-на Александра Пушкина коадъютором великого магистра ордена рогоносцев и историографом ордена. Непременный секретарь граф И. Борх».

Пасквиль был выполнен в виде орденского диплома и помимо прямого обвинения в «рогоносности» содержал еще и некоторые оскорбительные для поэта экивоки. Так, он указывает на {мнимую} связь Натальи Николаевны с императором Николаем Первым, потому как Пушкин назван «заместителем» Нарышкина -- мужа Марии Нарышкиной, любовницы Александра Первого. Все логично: у царя Александра — Нарышкин; у царя Николая, заместившего Александра, — Пушкин. Кроме того, Пушкин назван «историографом» ордена, что было намеком на неудачные пушкинские попытки в историографии.

Кроме Пушкина, данный диплом получили все его близкие друзья (псевдодиплом получили: Вяземские, Карамзины, Хитрово, Соллогуб (через тётку А. И. Васильчикову), Россеты, М. Ю. Виельгорский и, вероятно, Н. А. Скалон) в двойном пакете (первый адресовался друзьям; внутренний, с дипломом, — самому Пушкину). Расчет был на то, что по невнимательности кто-то мог переслать второй конверт Пушкину уже от своего имени — и тем насмерть разругался бы с поэтом.

Ранее я сравнил А. С. Пушкина с «Титаником», а д’Антеса — с айсбергом. И сейчас на память приходит анекдот о затонувшем в столкновении с айсбергом американском крейсере и награждении команды айсберга... орденом Красного Знамени.

Но кто же был тот впередсмотрящий пингвин, который столкнул айсберг с чудом английского кораблестроения?

Долгое время в пушкинистике господствовало утверждение, что автором пасквиля был Якоб Геккерен. При этом полагались прежде всего на мнение самого Пушкина, изложенное в {неотправленном} письме Бенкендорфу от 21 ноября 1836 г. и последующем вызове Геккерену от 25 января 1837 г.

При этом учитывалась близость дат: день 2 ноября (визит Натальи Пушкиной к Полетике) и утро 4 ноября (получение псевдодиплома Пушкиным).

Но и здесь все не так просто.

Я думаю, что Геккерен вряд ли был автором этих писем. Очень-очень в этом сомневаюсь. Дипломату Геккерену не нужен был скандал. Еще менее можно было бы ждать такую шутку от д’Антеса. Но Пушкин после 17 ноября 1836 г. особо будет настаивать на авторстве барона Геккерена.

На минутку отвлечемся от развития преддуэльных событий в ноябре 1836 г. и спросим себя: так кто же был автором вышеупомянутого пасквиля?

Исследователи называют, кроме Геккерена и д’Антеса, различные кандидатуры: С. С. Уваров, И. Г. Полетика... Но наиболее вероятным кандидатом в пасквилянты кажется мне Петр Владимирович Долгоруков, Bancal (с фр. «кривоногий») Петербургского света.

Этот молодой и развратный молодой человек уже в 11 лет за какую-то шалость был выставлен из камер-пажей. А. И. Герцен, который лично его знал, отзывался о нем так: «Князь Долгоруков принадлежал к аристократическим повесам в дурном роде, которые уж редко встречаются в наше время. Он делал всякие проказы в Петербурге, проказы в Москве, проказы в Париже. На это тратилась его жизнь. Это был избалованный, дерзкий, отвратительный забавник, барин и шут вместе».

Большинство друзей Пушкина указывало именно на Долгорукова.

«...Подозрение пало также на двух молодых людей, кн. Петра Долгорукого и кн. Гагарина... Подозрение подтверждалось адресом на письме, полученном К. О. Россет; на нем подробно описан был не только дом его жительства, но куда повернуть, взойдя на двор, по какой идти лестнице и какая дверь его квартиры. Сии подробности, неизвестные Геккерену, могли только знать эти два молодые человека, часто посещавшие Россета...», — утверждал Н. М. Смирнов.

С этим была согласна и его жена А. О.  Смирнова (Россет): «Все единогласно обвиняли банкаля Долгорукова, он один способен на подобную гадость».

«...Зимою 1836−1837 гг. на одном из петербургских больших вечеров стоявший позади Пушкина молодой князь П. В. Долгорукий (впоследствии известный генеалог) кому-то указывал на Дантеса и при этом подымал вверх пальцы, растопыривая их рогами...», — записал пушкинист П. И. Бартенев со слов гр. В. Ф. Адлерберга.

«Причины дуэли отца мать моя исключительно объясняла тем градом анонимных писем, пасквилей, которые в конце 1836 г. отец мой стал получать беспрестанно. Едва только друзья его В. А. Жуковский, кн. П. А. Вяземский успокоят отца моего, он вновь получает письма и приходит в сильнейшее раздражение. Авторами писем мать моя всегда признавала кн. Петра Владимировича Долгорукова, которого называли bancal, известного своею крайне дурной репутацией», — утверждала дочь Пушкина графиня Наталья Александровна Меренберг.

«...Теперь же подозрение это осталось за жившим тогда вместе с ним князем Петром Влад. Долгоруковым. Поводом к подозрению кн. Гагарина послужило то, что письма были писаны на бумаге одинакового формата с бумагою кн. Гагарина», — писал один из первых пушкинистов А. Аммосов.

«Мне только что сказали, что Дантес-Геккерен хочет начать дело с (кн. П. Вл.) Долгоруковым и что он намеревается доказать, что именно Долгоруков составил подлые анонимные письма, следствием которых была смерть Пушкина. Уже давно у меня была тысяча мелких поводов предполагать, что это жестокое дело исходило от Долгорукова... оказывается, что Долгоруков жил тогда вместе с Гагариным, что он прекрасно мог воспользоваться бумагою последнего и что поэтому главнейшее основание направленных против него подозрений могло пасть на него, Гагарина. Княгиня (жена кн. П. Вл. Долгорукова) утверждала (и это говорила она всем), что ее муж ей сказал, что он — автор всей этой интриги (!! -- Авт.)...» — утверждал С. А. Соболевский, близкий друг Пушкина в последние годы его жизни.

Но почему же обвинения, столь однозначные, и улики, столь существенные, ставились всегда под сомнение исследователями-пушкинистами более позднего периода?

Во-первых, они всегда искали непосредственную связь со случившейся позже дуэлью; представить, что на пасквиль мог решиться враг, да к тому же лично озлобленный, всегда легче. Об «адской шутке» лица, прямо не заинтересованного и движимого только дьявольскими побуждениями поссорить знакомых ему людей, в такой ситуации вспоминается в последнюю очередь.

Во-вторых, исследователей всегда сбивало с толку упоминание о «бумаге», на которой был напечатан псевдодиплом. 8 ноября 1836 г. Пушкин вместе со своим лицейским товарищем Матюшкиным был у другого лицейского товарища Яковлева на именинах. Матюшкин вспоминал: «...еще тут был князь Эристов, воспитанник второго курса, и больше никого. Пушкин явился последним и был в большом волнении. После обеда они пили шампанское. Вдруг Пушкин вынимает из кармана полученное им анонимное письмо и говорит: „Посмотрите, какую мерзость я получил“. Яковлев (на ту пору директор типографии II-го Отделения собственной Е. В. канцелярии) тотчас обратил внимание на бумагу этого письма и решил, что она иностранная и по высокой пошлине, наложенной на такую бумагу, должна принадлежать какому-нибудь посольству. Пушкин понял всю важность этого указания, стал делать розыски и убедился, что эта бумажка голландского посольства».

Заметим, однако, что Яковлев вовсе не утверждал, что бумага принадлежит именно голландскому посольству — это Пушкин убедил себя в этом.

Интересно и сообщение друга Пушкина графа В. А. Соллогуба: «В начале декабря д’Аршиак (будущий секундант д’Антеса на роковой дуэли. — Авт.) показал мне несколько печатных бланков с разными шутовскими дипломами на разные нелепые звания. Он рассказал мне, что венское общество целую зиму забавлялось рассылкою подобных мистификаций. Тут находился тоже печатный образец диплома, посланного Пушкину. Таким образом, гнусный шутник, причинивший его смерть, не выдумал даже своей шутки, а получил образец от какого-то члена дипломатического корпуса и списал».

В-третьих, версии о причастности «банкаля» к пасквилю обобщил и дал в печать пушкинист А. Аммосов в 1863 г. в брошюре «Последние дни жизни и кончина А. С. Пушкина». На ту пору П. В. Долгоруков был жив и тотчас дал опровержение: «С негодованием отвергаю, как клевету, всякое обвинение как меня, так и Гагарина в каком бы то ни было соучастии в составлении или распространении подметных писем... и долг чести предписывает русской цензуре разрешить напечатание этого письма моего».

Дело в том, что на ту пору князь Петр был «невозвращенцем»: в 1859 г. он тайно выехал в наполеоновскую Францию, где выпустил книгу «Le verite sur la Russie» («Правда о России»). Благодаря своему склочному характеру, а также отменному знанию русской истории (особенно генеалогии) он стал настоящей занозой в теле российского самодержавия. Своими разоблачениями российской власти (в том числе коррупционных схем) он доводил её до белого каления. «Отставной коллежский секретарь Долгоруков» в 1861 г. был приговорён Сенатом к лишению княжеского титула, прав, состояния и к вечному изгнанию. Поэтому выводы А. Аммосова были многими восприняты чуть ли не как попытка властей очернить честного человека.

И, наконец, в-четвертых, почерк пасквилянта. Все дипломы были писаны одним почерком (а как установила экспертиза, тем же лицом подписан и конверт). Долгое время исследователям казалось: узнай они наверняка, чей это почерк, и дело будет в шляпе. В 1927 г. по инициативе П. Е. Щеголева провели первую графологическую экспертизу, которая показала, что письма написаны Долгоруковым. Но еще тогда её результаты были оспорены. После было еще несколько (не очень удачных) экспертиз. Наконец, в 1987 г., в 150-летнюю годовщину гибели поэта, редакция популярного тогда журнала «Огонек» обратилась во Всесоюзный НИИ судебных экспертиз Министерства юстиции СССР с просьбой провести еще одну, главную экспертизу. Заметим, что результаты первой экспертизы 1927 г. также были обнародованы в «Огоньке» в № 42 (статья П. Е. Щеголева «Кто писал анонимные письма Пушкину?»).

Надо сказать, что редакцию «Огонька» интересовал только вопрос о причастности к написанию псевдодиплома трёх лиц: Петра Владимировича Долгорукова, Ивана Сергеевича Гагарина и дворового человека Василия Яковлевича Завязкина (слуги Гагарина). Последний попал в подозреваемые потому, что корявая надпись на конвертах выглядела «простолюдинской».

Группа экспертов провела огромную работу и дала заключение объемом в 31 машинописную страницу. Общий вывод, опубликованный в «Огоньке» № 6 за 1986 г. (Хаит Г. «По следам предвестника гибели»), гласил: «...Тексты двух „дипломов“ и адрес „Графу Віельгорскому“ выполнены не Долгоруковым П. В. и Гагариным И. С., а другим лицом».

Впрочем, сказав редакции «Огонька» огромное «спасибо», нужно её и попенять, что в круг подозреваемых не были включены Геккерен, д’Антес, Уваров и еще несколько кандидатов. Уж коли собрались закидывать невод — так подальше от берега.

Конечно, вывод экспертов несколько расхолодил исследователей и лишил князя Долгорукова звания «подозреваемый № 1».

А зря! Отрицательный результат — ведь тоже результат.

То, что Долгоруков не был писцом «дипломов», можно было предположить изначально. В тесном аристократическом кругу в то время, когда и печатная машинка еще не была изобретена, общались только посредством писем, написанных собственоручно (как правило, по-французски) гусиным или стальным пером. И рассчитывать на то, что пасквилянт сам написал свой пасквиль, не боясь быть разоблаченным, не приходилось.

Потому с вероятностью 99% экспертиза и не могла дать нам окончательный ответ.

Однако, не дав прямую «железную» улику против князя Петра, экспертиза предоставила нам кучу улик косвенных. Так, эксперт по французскому языку К. Фиц в «Заключении специалиста» подтвердила «нетвердое владение писцом „диплома“ французской орфографией» (?!). Следовательно, псевдодиплом писал (переписывал с образца) человек далеко не высшего света. На указанных псевдодипломах есть исправления: чья-то рука подправила первый инициал Нарышкина, переделав «L» в «D» (правильно — Дмитрий Львович Нарышкин), а в надписи на конверте «Александру Сергеичу Пушкину» в имени поэта «и» переправлена в «у». Был ли это сам писец, или кто-то еще просматривал и исправлял уже написанное?

Думается, второе.

Заметим также, что псевдодипломы были написаны на бланке, отпечатанном в Вене, в то время, когда венцев охватила лихорадка розыгрышей. Друг Долгорукова И. С. Гагарин в 1833-1835 гг. служил в русском посольстве в Мюнхене, откуда рукой подать до Вены, и наверняка в Мюнхене забавлялись теми же розыгрышами. Потому можно смело предположить, что это были дипломы, привезенные именно Гагариным и подаренные им Долгорукову (но не исключено и их хищение).

И, наконец, еще один любопытный вывод ВНИИСЭ: автор псевдодиплома наверняка имел перед глазами настоящий орденский диплом. И, вероятней всего, это был диплом к ордену «Святого Иоанна Иерусалимского», введенный царем Павлом Первым и упраздненный Александром Первым в 1810 г. (Любопытно, что и Д. Л. Нарышкин, и И. Борх были кавалерами этого ордена). Понятно, что столь молодые люди, как П. В. Долгоруков и И. С. Гагарин, не могли быть кавалерами. А вот отец «банкаля» -- Владимир Петрович Долгоруков этой высшей в то время имперской наградой был награжден. 23 ноября 1798 г. император Павел I произвел князя Владимира Петровича в генерал-майоры, с назначением в свиту Его Величества, и, кроме того, лично возложил на князя орден св. Иоанна Иерусалимского.

Нет сомнений, что князь Петр Владимирович Долгоруков должен снова стать «подозреваемым № 1» в деле об анонимных пасквилях — если только не выявятся некие новые обстоятельства этого дела, говорящие об обратном. Думается, совершил он этот гнусный поступок из злобного озорства; люди для него всегда были, словно пауки в банке, которых он стравливал. Не зря же его прозвище было "банкаль"...

***

Но вернемся к Александру Сергеевичу. Утром 4 ноября, получив псевдодиплом рогоносца, он был взбешен и в тот же день отправил дуэльный вызов (картель) д’Антесу. К сожалению, мы не знаем его содержания, но, думается, он был короткий и... безосновательный.

Почему безосновательный? Да потому, что поэт ничего не знал о сводничестве Якоба Геккерена и домогательствах д’Антеса в доме Полетики.

Допрашивал ли он с пристрастием жену о д’Антесе или нет? Наверное, допрашивал. Но Наталья Николаевна 4 ноября ничего ему не рассказала.

Потому пушкинский картель был послан почти наугад. Даже 8 ноября он справляется у друга о бумаге: его подозрения все еще на уровне версий.

Но кого же Пушкин почитал своим истинным обидчиком?

Да офицеришку, о котором так прозрачно намекал пасквиль — царя Николая Первого!

Подтверждением тому служит письмо Пушкина министру финансов Канкрину Е. Ф. от 6 ноября 1836 г.:

«Милостивый государь граф Егор Францевич.

Ободренный снисходительным вниманием, коим Ваше сиятельство уже изволили меня удостоить, осмеливаюсь вновь беспокоить Вас покорнейшею моею просьбою.

По распоряжениям, известным в министерстве вашего сиятельства, я состою должен казне (без залога) 45 000 руб., из коих 25 000 должны мною быть уплачены в течение пяти лет.

Ныне, желая уплатить мой долг сполна и немедленно, нахожу в том одно препятствие, которое легко быть может отстранено, но только Вами.

Я имею 220 душ в Нижегородской губернии, из коих 200 заложены в 40 000. По распоряжению отца моего, пожаловавшего мне сие имение, я не имею права продавать их при его жизни, хотя и могу их закладывать как в казну, так и в частные руки.

Но казна имеет право взыскивать, что ей следует, несмотря ни на какие частные распоряжения, если только оные высочайше не утверждены.

В уплату означенных 45 000 осмеливаюсь предоставить сие имение, которое верно того стоит, а вероятно, и более.

Осмеливаюсь утрудить Ваше сиятельство еще одною, важною для меня просьбою. Так как это дело весьма малозначаще и может войти в круг обыкновенного действия, то убедительнейше прошу Ваше сиятельство не доводить оного до сведения государя императора, который, вероятно, по своему великодушию, не захочет таковой уплаты (хотя оная мне вовсе не тягостна), а может быть, и прикажет простить мне мой долг, что поставило бы меня в весьма тяжелое и затруднительное положение, ибо я в таком случае был бы принужден отказаться от царской милости, что и может показаться неприличием, напрасной хвастливостию и даже неблагодарностию.

С глубочайшим почтением и совершенной преданностию честь имею быть, милостивый государь, Вашего сиятельства покорнейшим слугою.

Александр Пушкин».

Итак, Пушкин желает расплатиться с казной.

Сейчас же!

Немедленно!

В оплату он предлагает еще не принадлежавшие ему крестьянские души. А это — чистой воды чичиковщина! При этом Александр Сергеевич даже выстраивает хитромудрую комбинацию: он не владеет имением, но отец доверяет их ему заложить. И он хочет их заложить под {невозвратный} казенный кредит, да еще с невыгоднейшим дисконтом. Если крестьянская душа стоит от 300 до 1000 рублей, то стоимость имения составляет от 66 тысяч рублей до 220 тысяч рублей. Берем среднюю цену — 143 тысячи рублей. Минус 40 тысяч залога — остается 103 тысячи. Эти сто три тысячи Пушкин желает «уплатить сполна и немедленно», т. е. отдать за сорок пять тысяч, оплата которых еще не наступила. Убыток от такой сделки — 58 тысяч рублей! А ведь он еще и кредиторам должен 138 тысяч...

Это не просьба — это глас вопиющего! И ведь царь все равно узнает о сделке, не может не узнать. И пусть узнает. Пушкин не хочет быть его должником!

Опытный бюрократ и финансист Канкрин отвечает Пушкину нескоро, где-то в конце ноября. Он считает «приобретение в казну помещичьих имений неудобным» и что «на это нужно испрашивать высочайшее повеление». Да Пушкин уже и не настаивает — обстоятельства в корне изменились.

Но то будет в конце ноября. А пока вызов послан — Жоржу д’Антесу.

Да почему же д’Антесу?! Ведь у Пушкина (пока) почти нет ничего компрометирующего кавалергарда. Да, «волочился» за его женой, но мало ли кто за кем не «волочился»!

И тут самое время вспомнить африканские корни поэта. Главный редактор петербургского журнала «Наш следопыт» Игорь Данилов на исторической родине арапа Петра Великого записал поучительную и вместе с тем весьма соответствующую нашей ситуации сказку племени котоко: "Однажды детеныш леопарда отбился от своих и заблудился в высоких травах, где паслось стадо слонов. И вот один из слонов, пощипывая травку, наступил случайно на детеныша леопарда и, конечно, раздавил его. И вскоре леопарды нашли в траве тело детеныша. Они бросились к леопарду-отцу, чтобы рассказать ему о несчастье. "-- Ваш сын убит! — сказали они. — Мы нашли его в долине!". Леопард-отец был в страшном горе. «-- О, кто убил его? Скажите мне, и я отомщу за его смерть!» — зарычал он. «-- Его убили слоны», — ответили леопарды. «-- Что? Слоны?» — удивился леопард-отец. «-- Да, слоны», — подтвердили леопарды. Леопард-отец призадумался, а потом сказал: «-- Нет, это не слоны, а козы убили его. Да, это козы — причина моего горя!». И он в ярости помчался в горы, отыскал там на пастбище козье стадо и растерзал нескольких коз, чтобы отомстить за смерть сына. Так частенько бывает и сейчас. Когда человека обидит тот, кто сильнее его, он мстит за это тем, кто слабее".

Так д’Антес стал пушкинской «козой».

Еще не зная о проступке Жоржа, поэт уже избрал его своей жертвой. Друг поэта (который в свое время также был вызван Александром Сергеевичем на дуэль за оскорбление жены, а позже Пушкин... пригласит его секундантом на первую дуэль с д’Антесом!) В. А. Соллогуб писал: «Кто знал Пушкина, тот понимает, что не только в случае кровной обиды, но даже при первом подозрении он не стал бы дожидаться подметных писем. Одному богу известно, что он в это время выстрадал, воображая себя осмеянным и поруганным в большом свете, преследовавшем его мелкими беспрерывными оскорблениями. Он в лице Дантеса искал или смерти, или расправы с целым светским обществом».

Пушкинист П. Е. Щеголев разделяет это мнение: «Мы думаем, что расследование об авторах и распространителях не имеет существенного значения для истории последней дуэли: мы далеки от мысли приписывать решающую роль пасквилю. Пасквиль был поводом, пасквиль переполнил чашу терпения Пушкина, но не было бы пасквиля — нашелся бы другой повод, и все равно катастрофы было не миновать».

Громкой расправой над д’Антесом Пушкин хотел ужаснуть общество, чтобы никто — даже сам царь! — и думать не смел покушаться на его честь.

«..С молоду был грозен он
И соседям то и дело
Наносил обиды смело;
Но под старость захотел
Отдохнуть от ратных дел
И покой себе устроить.
Тут соседи беспокоить
Стали старого царя,
Страшный вред ему творя».

«Сказка о золотом петушке»

Тэги: Александр Пушкин

Комментарии

29.05.17 19:00

Главные новости за 29 мая 2017 года

29.05.17 17:00

В Киеве грузовик с отказавшими тормозами протаранил сразу три легковушки

29.05.17 16:49

Львовский католический митрополит призвал украинцев покаяться за «геноцид поляков», чтобы остановить войну на Донбассе

29.05.17 15:55

Матиос рассказал о «страшных вещах, которые нельзя озвучивать», чтобы не подрывать веру к тем, кто защищает государство

29.05.17 15:44

В Киеве опять прорвало трубу. Горячий фонтан достиг 7-го этажа

29.05.17 15:16

Оказывается, незадолго до убийства Вороненкова сотрудники ФСБ похитили его водителя

29.05.17 14:57

Первая «жертва» ленинопада сегодня превратилась в нечто среднее между бактериофагами и героями фильмов ужасов

29.05.17 14:21

С июня украинские банки ужесточают проверки операций клиентов

29.05.17 13:55

СМИ прознали, что Нацбанк уже отпечатал банкноту в 1000 грн, и теперь лишь ждет какого-то праздника, чтоб ее представить

29.05.17 13:52

Сотрудники СБУ пришли с обыском в украинские представительства «Яндекса»

В Киеве грузовик с отказавшими тормозами протаранил сразу три легковушки
В Киеве грузовик с отказавшими тормозами протаранил сразу три легковушки
В Киеве грузовик с отказавшими тормозами протаранил сразу три легковушки
В Киеве грузовик с отказавшими тормозами протаранил сразу три легковушки
Матиос рассказал о «страшных вещах, которые нельзя озвучивать», чтобы не подрывать веру к тем, кто защищает государство
Матиос рассказал о «страшных вещах, которые нельзя озвучивать», чтобы не подрывать веру к тем, кто защищает государство
В Киеве опять прорвало трубу. Горячий фонтан достиг 7-го этажа
В Киеве опять прорвало трубу. Горячий фонтан достиг 7-го этажа
Оказывается, незадолго до убийства Вороненкова сотрудники ФСБ похитили его водителя
Оказывается, незадолго до убийства Вороненкова сотрудники ФСБ похитили его водителя
Под Полтавой вторые сутки горит свалка бытовых отходов
Под Полтавой вторые сутки горит свалка бытовых отходов
В Николаевской области электроопора упала на автомобиль. У людей не было шансов
В Николаевской области электроопора упала на автомобиль. У людей не было шансов
Одесситы сорвали концерт Лободы и прогнали певицу в море. Теперь ее с распростертыми объятиями ждут в «ДНР»
Одесситы сорвали концерт Лободы и прогнали певицу в море. Теперь ее с распростертыми объятиями ждут в «ДНР»
В Одесской области погибли десятки дельфинов
В Одесской области погибли десятки дельфинов
Смертельное ДТП в Одессе: BMW разорвало на две части
Смертельное ДТП в Одессе: BMW разорвало на две части
Затяжные ливни спровоцировали на Шри-Ланке наводнения и оползни. Погибли более ста человек
Затяжные ливни спровоцировали на Шри-Ланке наводнения и оползни. Погибли более ста человек
fraza.ua

Опрос

Когда начнется Третья мировая война?