ТОП:
Фильм «В плену стихии»: гораздо лучше, чем его название

21 июня в украинском прокате стартовал мелодраматический фильм-катастрофа «В плену стихии» (он же «Во власти стихии»), основанный на невероятной реальной истории выживания посреди Тихого океана. И сразу хочется сказать, что эта картина гораздо лучше, чем ее ожидания и ее название.

Трафаретное «В плену стихии» звучит практически так же, как «В плену страстей», и наводит на мысли о женских романах Николаса Спаркса. Но это локализованное название, которое не имеет ничего общего с оригинальным. А оригинальное «Adrift» определенно лишено каких-либо намеков на лав-стори (хотя она здесь есть) и звучит емко и лаконично. «To adrift» означает «дрейфовать», то есть «плыть по воле волн». Стало быть, в идеале лента должна была выйти у нас в прокат под названием «Дрейф» (и ведь отличное же название).

Причем «дрейф» в данном случае означает не только конкретно ситуацию, произошедшую с главными героями в открытом океане, но и в целом их образ жизни, их мировоззрение и самоощущение: оба независимо друг от друга выбрали жизнь в неторопливом и слегка хаотичном движении, лишенном планов, амбиций, задач и целей, но абсолютно свободном.

Тэми — юная американка, свободолюбивая и бесстрашная, сбежавшая из дома, чтобы увидеть мир. Она не боится путешествовать в одиночку, не боится прыгать с высоких скал в воду, не боится жить, что называется, без страховки и не имея в кармане обратный билет. Ричард — молодой англичанин чуть постарше, немного замкнутый и меланхоличный, который никогда не прыгал с обрывов, но собственными руками построил яхту и путешествует на ней в полном одиночестве, с мазохистским наслаждением переживая испытания (голод, холод, обезвоживание, солнечные ожоги, галлюцинации) ради единения с морским простором.

Они случайно знакомятся на островах Южной Америки, влюбляются, проводят время вместе, упиваются рассветами, закатами, друг другом, а затем соглашаются переправить чужую яхту в Сан-Диего, что означает преодолеть под парусом 4000 миль. И попадают в сильнейший ураган.

Роль Ричарда исполнил британский актер Сэм Клафлин, обладатель смазливой и приторной красоты, которого зрители знают по франшизе «Голодные игры» и мелодраме «До встречи с тобой». Хотя помимо подросткового хита и слезливой лав-стори Клафлин в прошлом году был замечен в экранизации английской классики, а именно в адаптации романа Дафны Дю Морье «Моя кузина Рэйчел». Главную героиню Тэми сыграла американка Шейлин Вудли, обладательница весьма скромной по голливудским меркам внешности, которая когда-то выстрелила в трагикомедии Александра Пэйна «Потомки», где изобразила дочь персонажа Джорджа Клуни, а затем подпортила репутацию тинейджерской трилогией «Дивергент». На счету актрисы тоже есть слезливая мелодрама — «Виноваты звезды». Есть отличный мини-сериал «Большая маленькая ложь». Но «В плену стихии» неожиданно стал ее большим впечатляющим бенефисом.

Казалось бы, Клафлин и Вудли очень разные, диссонирующие друг с другом. Но, на удивление, из них получился хоть и контрастный, но органичный тандем. И если на финальных титрах вы посмотрите на реальных людей, с которыми произошла эта история, то заметите тот же контраст.

Исландец Балтазар Кормакур, режиссер «Эвереста», снова противопоставляет маленького человека великой силе природы. И как он не пытался романтизировать восхождение на вершину, точно так же он не романтизирует пересечение горизонта. Хотя, казалось бы, что может быть романтичнее путешествия под белыми парусами по бирюзовой глади? Но этот постановщик снимает так, чтобы зрителю больше никогда не хотелось покорять горы и никогда не хотелось плавать на яхте. Он упорно не хочет видеть романтику ни в альпинизме, ни в хождении под парусом. И, по правде говоря, совершенно прав. Кормакур — эдакий лекарь, разбивающий розовые очки. Он вроде как никого не отговаривает, но по-честному показывает то, к чему нужно быть готовым, если вздумалось подчинить стихию.

 

Рядом сцен «Adrift» напоминает монодраму с Робертом Редфордом «Не угаснет надежда», где главный (и единственный) герой пошагово и скрупулезно демонстрировал на экране последовательность действий одинокого яхтсмена, которому непогода изрядно подпортила путешествие. Помните, как Редфорд тщательно и монотонно вычерпывал воду, заклеивал пробоины, читал инструкцию, боролся с намокшим парусом, ел консервы...? Так вот героиня Шейлин Вудли проделывает все то же самое, причем делает это также максимально реалистично, вот только ей, пусть и бойкой, но все же хрупкой девушке, все эти манипуляции с рулем, мачтой, форштагом, стакселем, килем, на который намотался парус, даются, ясное дело, еще тяжелее.

Обычно киногерои, дабы не тратить хронометраж «попусту» и не выглядеть неуклюже, делают сложные вещи с неправдоподобной легкостью. Но Кормакур намеренно тратит время на сложности, чтобы зритель поверил Тэми, проникся ее катастрофическим положением, впал в то самое состояние, когда паника сталкивается с необходимостью делать то, что никогда раньше не делал, и в человеке будто открывается резервный запас силы, смекалки, выносливости и выживаемости. И Вудли, которая, по сути, несет все действие на своих плечах, действительно демонстрирует завидную силу.

При всем при этом у Кормакура нет той монотонности, которая испытывала терпение зрителя в монофильме с Редфордом. Нелинейное повествование, чередующее плачевное положение, в котором оказались герои после шторма, с романтическими днями до катастрофы, придает необходимую динамику и обеспечивает смену настроений: зритель не успевает впасть в уныние и безысходность.

Вдобавок под конец публике предлагается твист, благодаря которому история Тэми и Ричарда деформируется, будто пластик под прямым лучом солнца, и поражает еще больше.

Как говорил Дэвид Линч, «совы — не то, чем кажутся». Так вот эта картина — однозначно не та карамелька про любовь с вкраплением героической борьбы с неподвластными человеку силами природы, которой кажется на первый взгляд. Это убедительная история слишком высокой цены, которую порой приходится платить за ощущение полной свободы, но ощущение слишком кайфовое (похожее на прикосновение долгожданного освежающего дождя к обожженному солнцем голому телу), чтобы от него отказаться.

Тэги: кино, культура

Комментарии

Известный британский актер жестко спародировал премьера Терезу Мэй
Известный британский актер жестко спародировал премьера Терезу Мэй
Известный британский актер жестко спародировал премьера Терезу Мэй
Известный британский актер жестко спародировал премьера Терезу Мэй
Названа самая популярная песня двадцатого века
Названа самая популярная песня двадцатого века
СБУ выпустила брошюры об «опасности» УПЦ
СБУ выпустила брошюры об «опасности» УПЦ
Националисты пытались захватить ТЦ на окраине Киева
Националисты пытались захватить ТЦ на окраине Киева
В Киеве пьяный водитель устроил грандиозное ДТП
В Киеве пьяный водитель устроил грандиозное ДТП
Увлеченная наукой «дочь Путина» рассказала россиянам о «синергии» человека и технологий
Увлеченная наукой «дочь Путина» рассказала россиянам о «синергии» человека и технологий
Священник УПЦ организовал флешмоб с обращением к СБУ – участников уже вносят на «Миротворец»
Священник УПЦ организовал флешмоб с обращением к СБУ – участников уже вносят на «Миротворец»
Два украинских микроавтобуса «встретились» на дороге в Словении. Без жертв не обошлось
Два украинских микроавтобуса «встретились» на дороге в Словении. Без жертв не обошлось
Филарет намекнул, что готов сорвать «объединительный собор» по автокефалии
Филарет намекнул, что готов сорвать «объединительный собор» по автокефалии
Националисты изуродовали фасад российского банка во Львове
Националисты изуродовали фасад российского банка во Львове
fraza.ua

Опрос

К чему приведет автокефализация украинского православия?